Сегодня в Орловской области псевдоинвалиды могут окружать вас везде. Например, официально незрячие стоят рядом с вашим авто в пробках, обслуживают вас на кассах в торговых центрах, они даже могут оказаться вашими начальниками. Они выглядят здоровыми и жизнерадостными, что никак не клеится с диагнозом, который обошелся им в кругленькую сумму.  «ОН» провели расследование, которому посвятили многие месяцы. Результат шокирующий. В коррупционный скандал попали почти все медицинские учреждения области. Кто стоит во главе преступной схемы? В курсе ли правоохранители? Кому выгодно не афишировать один из самых масштабных коррупционных скандалов региона? Обо всем по порядку.

Без очков и с ветерком

Инна Владимировна каждый день приезжает на работу на своем кроссовере. Соседки по прилавку, а она продает мясо на центральном рынке, наверняка и не подозревают  о ее якобы проблемах со здоровьем. Она инвалид второй группы по зрению. Почти три года. Она не носит очки, когда считает деньги или взвешивает товар, прекрасно ориентируется в пространстве, ездит на авто.

В конце рабочего дня на парковке у своего авто она даже растерялась, увидев журналистов. Без очков изучив удостоверение, начала рассказ о том, что ее группа инвалидности позволяет не ставить на себе крест как на водителе. «Только еду тихонечко, с краю по обочине», - твердила она.  А насчет инвалидности нас попросила не сомневаться, говорит, «даже знак инвалида предлагали, но из-за чувства стыда не клею».

Только забравшись в кроссовер, она отыскала пылившиеся в салоне очки. Надела их, без труда сдала задним ходом мимо беспорядочно снующих по рынку машин, и покатила.

Согласно диагнозу, у Сиротининой осложненная миопия – близорукость. Чтобы доходчиво объяснить читателям, где именно лукавят эти самозванцы, «ОН» решили получить разъяснения у врача-офтальмолога. Но с трудом нашли того, кто не причастен к лжеинвалидам и фиктивным справкам, и чьи фамилии не фигурируют в расследовании.

«Осложненная близорукость может сопровождаться изменениями сетчатки, а также другими серьезными изменениями со стороны глазного яблока.  Они могут приводить к значительному снижению остроты зрения. Пациенты нуждаются в постоянной коррекции очками или контактными линзами.  Вторая группа инвалидности {прим. редакции, «ОН» рассказывает в расследовании только про инвалидов 2 группы по зрению} устанавливается при остроте зрения лучше видящего глаза с коррекцией от 0,05 до 0,1. Естественно, ни о каком вождении автомобиля не может идти речи», - отметил доктор медицинских наук, профессор и заслуженный врач страны Сергей Басинский.  

Про тихую езду Сиротинина тоже лукавила. На ее счету не один штраф за превышение скорости. И это только в 2019 году. Как раз этим летом она в одной из частных клиник города проходила медкомиссию для замены водительского удостоверения. По всей видимости, врач-офтальмолог не нашел признаков заболевания, раз выдал ей положительное заключение.

В какую цену инвалидность?

Как минимум на протяжении последних нескольких лет,  а у «ОН» есть достоверные данные именно за этот период (4-5 лет), черный рынок по оформлению фиктивной инвалидности в Орловской области работал без сбоев. С помощью такого мошенничества люди не только пытались уйти на пенсию раньше, но и получить льготы на услуги ЖКХ, покупку лекарств и проезд. Сразу стоит отметить, что приобретали инвалидности орловцы среднего возраста. При таком раскладе государство ежемесячно перечисляло порядка 12 тысяч рублей каждому из них. 

По информации анонимных источников, во главе группы по оформлению поддельной инвалидности стоят три женщины – безработная орловчанка Кулакова, а также две медсестры -  городской поликлиники №2 Пешкун и областной клинической больницы Махмудова. В зависимости от группы инвалидности, они просили от 65 до 85 тысяч рублей.  У каждой из них была своя роль и обязанности, ведь для установления группы  нужны были выписки, справки, заключения, экспертизы. Как правило, врачам поликлиник они отдавали от 15 до 20 тысяч рублей, столько же относили врачам МСЭ за положительное прохождение экспертизы, остальные деньги делили между собой.

Орловчанки соблюдали строгую конспирацию: с инвалидами старались общаться через определённые  мессенджеры, а деньги  в телефонных разговорах называли "картошкой" и "яйцами". Перед прохождением экспертизы они обучали самозванцев, а иногда даже заставляли заниматься инсценировками. И все это проворачивали женщины пенсионного и предпенсионного возраста. Благодаря их мошеннической схеме был нанесен ущерб государству на десятки миллионов рублей.  А тысячи реальных больных так и не смогли получить группу. Они продолжают терпеть ад в очередях поликлиник и унижения врачей, которые уже не способны работать за одну лишь зарплату.

« Мне сказали, чтоб оделась плохенько, одежонку драненькую»

60-летняя Валентина Кулакова почти всю свою жизнь прожила в районе Веселой слободы. Последние годы она живет за городом в двухэтажном особняке с гаражом на несколько авто, баней, беседками. Как сообщил «ОН» человек, близкий к ситуации, «она построила его всего за год, ведь деньги там водились немалые». По большему счету Кулакова и  встречалась там с потенциальными инвалидами. Это знакомые, друзья знакомых или просто покупатели, которые хотели приобрести у нее экологически чистые продукты – мясо курицы или домашние яйца.  По крайней мере, так попала к ней Екатерина (прим. по просьбе осведомителя редакция изменила имя).

«В один момент она мне говорит – не хочешь инвалидность по зрению? Я долго не соглашалась, а потом узнала, что так делали уже мои знакомые. Ну, думаю, все делают, и мне надо. Кулакова сказала, что это стоит 65 тысяч. Деньги отдавала лично ей в руки. Меня Валя направила в поликлинику №1 к Закурдаевой (окулист. прим. редакции). Она мне все назначила, я прошла врачей, в первый год обязательно кладут в больницу Семашко. Там мне, вместо положенных процедур, делали укольчики витаминные в глаза. Потом все документы на меня собрали – но это все очень быстро, в течение двух недель. И тогда идешь на ВТЭК», - рассказывает Екатерина.

Она кстати, последовала примеру тех, кто, почуяв неладное, отказались от инвалидности, компенсировав в полной или частичной мере ущерб государству.

Катя все денежные дела обсуждала только с Кулаковой. Остальные участники преступной схемы вели себя так, будто всё знают и понимают. А когда переживали, что окружающие  могут заподозрить, просили проявлять актерские навыки.  

«Так как я молодая, меня, даже если умыть, я достаточно молодо и хорошо выгляжу. Меня за ручку водили по всем врачам первый год. Общалась и с Махмудовой – с ней обсуждала все организационные вопросы: как выглядеть, как общаться с Закурдаевой в поликлинике, что будет дальше. Когда на ВТЭКе группу давали, общалась  с врачами Пижиной и Евдокимовой, с ними ничего не обсуждала. Зашла – у меня спрашивают, видишь-не видишь? Не вижу, говорю. Меня просто пред этим в поликлинике Закурдаева обучила, как отвечать.  На центрифугах тоже все заранее объясняют. Мне сказали, чтоб умылась, оделась плохенько, надела шапку, одежонку драненькую», - рассказывает Катя. 

Практически через подобную схему прошла и Ефремова. Сейчас детально она не хочет обсуждать ничего, кроме ненависти к Кулаковой. Говорит, когда она предлагала инвалидность, не упомянула о последствиях, которые могут быть.

«Кулакова – это очень страшный человек, очень, - начала свой рассказ женщина, которая согласилась говорить только на условиях анонимности. - Почему вы берете только глазников? А общее заболевание? Там не меньше тысячи человек. Она и военным делала. А они по выходу на пенсию по инвалидности сразу миллион получили. Она занимается этим давно. Сначала делала через подругу в больнице Семашко, в основном по общему заболеванию. Кстати, тогда смех был. Кулакова пошла туда с подругой. Они в очереди со всеми сидели, смеялись. Зашли к врачу, она говорит, ну как вы себя ведете? Смеетесь, а надо инсценировать инсульт. Назад ее вывезли из кабинета в каталке, рот на бок, руки свешены. Там народ в очереди в шоке. Вот так они и работали. А уже потом, когда появилась Гуля Махмудова, стали делать по зрению.  Кулакову с Махмудовой познакомил ее родственник. Они сначала делали через поликлинику №1. Можно ведь поднять карточки этих инвалидов, их писала Гуля, своей рукой. Она ушла потом с 1 поликлиники в областную больницу работать, там они продолжили.  А третья, Пешкун, работала в свое время в бюро медико-социальной экспертизы. Знала врачей, с которыми и договаривалась. Кулакова в открытую шуровала, ничего не боялась. Пол-улицы Грибоедова, почти вся Веселая. Более того, ей было невыгодно, чтобы ее лжеинвалиды получали пожизненную группу. Иначе она лишалась денег. В основном весь поток шел на переосвидетельствование».

Схема выглядела примерно так. Инвалид отдавал деньги Кулаковой, та обсуждала дальнейшие варианты получения инвалидности с Махмудовой. Затем договаривались с врачами районных поликлиник – прикрепляли под определенного врача, заводили карточки, писали диагнозы, назначали приемы. Затем решались вопросы с врачами больниц о госпитализации. Уже потом Пешкун связывалась с врачами бюро медико-социальной экспертизы, которые и принимали решение о присвоении группы. Как уже говорилось, первые годы инвалидность подтверждали, то есть самозванцы ежегодно отстегивали крупную сумму.

Из показаний десятков псевдоинвалидов, с которыми общались «ОН», получается, что в той или иной мере за денежное вознаграждение содействовали  троице в получении инвалидности врачи районных поликлиник, поликлиник при больницах Боткина и областной клинической, врачи больницы ООКБ и им. Семашко. Не раз фиктивными инвалидами называлась фамилия главного офтальмолога области Сафоновой, врача офтальмологического отделения больницы Семашко Гладких. А инвалидности выдавали  три врача медико-социальной экспертизы - Евдокимова, Пижина и Турчина.

На этом все. Пришли сотрудники полиции и ФСБ

В марте 2019 года «ОН» стало известно о серии оперативных мероприятий в медицинских учреждениях Орловской области. Сотрудники ФСБ и УБЭП проводили выемки документации в больницах, поликлиниках города, а также в бюро медико-социальной экспертизы. Речь шла как раз о получении врачами взяток за выдачу справок об инвалидности. Если рассматривать только последние два года, то через руки Кулаковой-Пешкун-Махмудовой прошла почти сотня человек {прим. это только то, что известно редакции}.

С  момента проведения ОРМ прошло почти полгода. В УМВД на официальный запрос нашей редакции ответили, что результаты проведенных мероприятий были переданы по подследственности. В региональном СК упомянули об «уголовном деле по факту мошенничества при получении выплат лицами, потерявшими трудоспособность». А также о том, что «по данному делу к уголовной ответственности привлекается и четверо медицинских работников.  В зависимости от роли каждого их действия были квалифицированы по статьям 159.2 УК РФ – мошенничество при получении выплат, а также 290 УК РФ – получение взятки»,  сообщается в ответе следственного комитета.  

По статье 290 УК РФ как раз обвиняется врач-окулист поликлиники им. Боткина Горянская. Ее поймали с поличным в момент,  когда Кулакова передавала ей деньги. Странное дело, но она в настоящее время продолжает свою профессиональную деятельность. Поговорить с ней лично «ОН» не удалось, она находилась в отпуске. Кстати, через Горянскую получил инвалидность и Сергей Николаевич.

Он строил загородный дом Кулаковой. В какой-то момент она ему сделала бизнес-предложение. А для того, чтобы провернуть всю операцию, прикрепила сельского жителя к поликлинике больницы Боткина.

- Да я уже сто раз пожалел, что с ней связался. Понимаете, все один к одному. На тот момент прошло полтора года после гипертонического криса, и все болячки сразу вылезли. Я как раз в то время работал строителем у Кулаковой. Она мне сразу и предложила. По твоим заболеваниям, говорит, инвалидности не получится, и по зрению предложила. Отдал я ей 70 тысяч рублей.  В поликлинике у Горянской не врал, а что врать, просто отвечал как есть. Собирали все направления, выписки, наверное, около полугода. Потом приходил в областную клиническую больницу к Сафоновой. Она подтверждала мой диагноз. Надо было там лежать в больнице, но я не лежал. Потом пришло уведомление, что надо прийти на ВТЭК. Пришел и сразу дали инвалидность, 2 группу. Воспользовался ей только первый год. Когда уже началось все это, приехал к Кулаковой на разговор. Она сказала, что на этом все. К ней тоже пришли сотрудники полиции, - рассказал свою историю псевдоинвалид Сергей Николаевич.

Но к уголовной ответственности не привлечен еще ни один врач. На своем рабочем месте по сей день  находится и врач-окулист поликлиники Железнодорожного района Закурдаева. В личной беседе она убеждала, что все пациенты, которые проходили через нее и получили инвалидность, реально больны. Признала, что документы и карточки полицейские из ее кабинета изымали, но на допрос, что очень важно, ее не вызывали до сих пор.

Как отмечают фиктивные инвалиды, Кулакова правоохранительным органам во всем созналась. Сейчас она везде появляется только в компании адвоката, бывшего судьи. Он по совместительству ее родственник.

«Я знаю, что она сдала 41 врача. Говорят, у нее и пакет с печатями нашли. А при обыске деньги дочка спрятала в туалете. Одно время она говорила, что лучше б меня посадили, потому что все требовали назад деньги. Были и военные, которые ей угрожали», - рассказал анонимный источник.

В итоге заведено лишь два уголовных дела, по которым проходит только  десятая часть известных редакции псевдоинвалидов. Некоторые из них вину не признают. Остальных, кого почему-то совсем не рассматривают следственные органы, шумиха заставила нанять адвокатов, выстроить линию защиты и вдоволь начитаться о своем диагнозе. Затягивание дела довело ситуацию до абсурда- одни признались и возместили ущерб государству, другие признают наличие инвалидности, но отрицают факт ее покупки. Есть и те, кто утверждает, что здоров. А наличие инвалидности списывают на врачей, которые убедили их пройти обследование и пойти на ВТЭК. Другие спустя годы вообще «прозрели».

Кстати, три врача МСЭ - Евдокимова, Пижима и Турчина уволились по собственному желанию сразу после мартовских ОРМ в учреждении. По данным ОН, начальник бюро МСЭ Оксана Петрова к незаконным действиям своих подчиненных отношения не имела.

- Сейчас уже понимаю, что я человек, который мешал им в этой ситуации спать спокойно. Фактов у меня никаких не было. Но даже сейчас, поднимая все документы, мы видим, что никаких огрехов нет. С 2014 года у нас работает информационная система, где видно, кто и в какую минуту вносил информацию по конкретному пациенту. И если написано «завершено», а  документы выданы, то вернуться в эту систему и что-то исправить невозможно. Эти полномочия есть только у меня.  А историю экспертный состав просматривает. Контроль серьезный и многоуровневый. Никто не входил в систему и не менял ничего, все было заранее спланировано. Причем идеально. Выписки из стационара, заключения областных специалистов, обследования и результаты, все соответствует вынесенному решению. То есть даже заподозрить нельзя, - рассказала Оксана Петрова.

Слепые на госслужбе

Покупателями группы были, как правило, люди состоятельные. В основном, это предприниматели, бизнесмены,  по наши данным, люди с псевдоинвалидностью работают и в Пенсионном фонде, являются руководителями среднего звена в торговых центрах и даже начальниками бюджетных учреждений.

Начальник отдела социальной защиты населения по Советскому району Ираида Гришина обвинения в покупке инвалидности отрицает. Говорит, если нужно пройти дополнительное обследование, так она с радостью. У нее тоже вторая группа инвалидности, диагноз - частичная атрофия зрительного нерва. Она без очков, прекрасно обращается со смартфоном, без труда изучила журналистское удостоверение. Ее рабочее место не оборудовано специально, как это полагается работающему инвалиду. Свой здоровый вид во время нашего визита она объяснила прекрасной погодой и стабильным давлением.

- Если у меня давление в нормальном состоянии, то я могу читать, а если в ненормальном и я не могу прочитать, что у меня тут написано, я зову своего юриста, девочки, почитайте мне. У меня лупа всегда с собой {показывает почему-то запечатанную}. Мне достаточно поставить палец туда, где нужно расписаться, и я распишусь. Этого не достаточно, но у меня нет выбора. Мне нужно зарабатывать деньги на хлеб, - отвечает Гришина.  

По данным ОН, Гришина скрывает от начальства свою инвалидность. Хотя Ирине Гаврилиной было бы не лишним узнать, что чиновнику такого уровня на госслужбе юристы зачитывают документы и показывают, где надо расписаться. Продумать подобную стратегию у чиновницы времени было предостаточно. Кстати, причинно-следственная связь проста -  Кулакова ранее работала в этом отделе соцзащиты.

«Там и дочка Кулаковой была оформлена, но ни дня не проработала. Кулакова ей была обязана, вот и помогла», - отметил анонимный источник.

«Врачи намекали. Я делала вид, что ничего не понимаю»

Из-за таких мошенников многие орловцы с реальными заболеваниями лишаются возможности получить инвалидность. А если и получается, то после десяти кругов ада. Тем более если ты простой человек.  У Елены в ее молодом возрасте аутоиммунное заболевание, поражение почек и остеопороз с переломами. Но даже при этих диагнозах находились те, кто писал в ее медкарту «здорова».

- Мама пошла в поликлинику забирать документы, а там написано: "здорова". А я не передвигалась, у меня осложнения появились не только по основному диагнозу. Врачи тогда приехали на дом. Мама меня подняла с кровати. Хирург написал, что могу передвигаться в корсете. Хотя я практически не ходила, из-за этой фразы мне дали вторую группу, а не первую. Ежегодно мне нужно было подтверждать инвалидность. Мне, конечно, повезло в том плане, что мои выписки все были из крупного федерального центра в Москве. Были врачи, которые ждали от меня чего-то. Складывалось впечатление, что он намекал. А я делала вид, что ничего не понимаю. Да у меня и не было средств, чтобы облегчить себе весь путь к этой инвалидности. Приходилось ругаться, обращаться к начмеду. Менять хирурга. В очередях сталкивалась с тем, что инвалидов без ноги присылали каждый год на освидетельствование. Он сидел и ругался, зачем мерить ее каждый год, разве нога отрастет? Мальчик с сахарным диабетом. Это ведь типа теперь не болезнь, а образ жизни. Его лишили инвалидности, мама плакала очень. Много кто после освидетельствования обжаловал решение врачей.  А кто-то зашел – вышел. И счастливый домой пошел, - рассказывает Елена.

Стратегия или беззаконие?

С начала года крупнейшая антикоррупционная проверка по делу о фиктивных инвалидностях проходит в Дагестане. На скамье подсудимых или под следствием оказались уже десятки чиновников, в том числе весьма высокого ранга. Возбуждено несколько сотен уголовных дел. В Ставрополье после проверки Главного бюро медико-социальной экспертизы спецслужбы насчитали 1,3 тысячи лжеинвалидов.  В последний месяц подобную работу провели в Курске и Ростове. Везде привлекаются, в первую очередь, врачи, чиновники, медицинские работники и  организаторы преступных схем.

В Орле почему-то выбрана иная стратегия. По факту есть уголовное дело на одного врача, а около десятка инвалидов объединили в одно уголовное дело. Где остальные? Почему о них знают «Орловские новости», но не берет в расчет следствие? Следственный комитет, ау! Может, пора, наконец, начать работать?  Где наказанные должностные лица и врачи? Почему они продолжают работать? Почему департамент здравоохранения никак не отреагировал и не отстранил от работы этих врачей? Возможно,  у организаторов черного рынка по продаже инвалидностей есть серьезные покровители. Или кому-то невыгодно массово снимать с должностей врачей региона. Кто скрывает информацию об одном из самых масштабных коррупционных дел региона и умышленно затягивает следствие? Первым этим преступлением занялся следователь, у которого почему-то  забрали дело, а после он и вовсе был вынужден уволиться.

Вопросов много. И новые продолжают появляться. На завершающей стадии расследования у «ОН» появилась информация, что Валентина Кулакова вновь взялась за торговлю инвалидностями. Должностные лица ей в этом продолжают помогать. Так все же что это: стратегия или беззаконие?..

                                                                                      Ирина Мещерская