Молодой человек смог удерживать плиту: врач Лидия Музыченко о спасении выживших при атаке на завод

В последний час рабочей недели ВСУ нанесли удар по заводу в Орле. На предприятии еще находилось почти 200 сотрудников. С первых минут после трагедии орловские медики активно оказывали помощь пострадавшим. О том, что происходило в реанимации ООКБ с первых минут после атаки на завод «Орловским новостям» рассказала заведующая отделением анестезиологии-реанимации с ПРИТ с кабинетом ГБО Лидия Музыченко.

— Лидия Михайловна, расскажите, как вы готовились к приему пострадавших сразу после удара по заводу?

— Несмотря на то, что мой рабочий день полтора часа назад подошел к концу, я еще оставалась на работе. В тот день я задерживалась по рабочим вопросам. Вдруг раздался взрыв. Было такое ощущение, что это где-то совсем близко. Честно, я даже испугалась, что это произошло на территории больницы.

В общем, я сразу оценила ситуацию и рассмотрела наши возможности. Отмечу, вся больница постаралась всё привести в боевую готовность, хотя в тот момент никто ещё не знал масштабов катастрофы. Знаете, ещё Александр Суворов говорил: «Тяжело в учении - легко в бою». И вот мы это испытали на себе. В больнице неоднократно проводились учения с массовым поступлением пациентов. В свое время наше медучреждение принимало сразу десять пациентов после аварии с автобусом (речь о ДТП на Ж/Д переезде в Гати, в которое попал ПАЗ с артистами орловского ансамбля – прим. ОН).

Благодаря учениям и опыту все понимали, что нужно делать. После того как произошли взрывы, все отделения смогли быстро среагировать, оценить ситуацию и к ней подготовиться. В течение 15 минут вся больница была готова к полной работе.

Конечно, тогда у всех было недоумение: сколько будет больных и какие это будут больные. Но больница готовилась к массовому поступлению. Мы подготовили операционные, взяли дополнительные койки в других отделениях. В смене нашего отделения были три дежурных врача, старшая сестра, три анестезистки. В реанимационной палате также была полная смена.

Хочу сказать, что в нашем отделении работают очень ответственные люди. Еще до поступления первых пациентов к нам на помощь поехали анестезиологи, которые находились дома. Приехал врач, который находился в отпуске. Наш анестезиолог-реаниматолог Анастасия Сударикова, чей дом оказался в зоне оцепления, прорвалась к нам, чтобы оказать помощь поступающим пациентам. Дополнительные силы приехали буквально в течение 15 минут.

— Ваши сотрудники, которые не находились на дежурстве, не стали дожидаться вызова на работу?

— Я не знала, сколько будет пострадавших, поэтому я пока не стала звонить своим сотрудникам и вызывать их. Но они приехали и без вызовов. Приехали и врачи, и анестезисты, и сестры реанимации. Все специалисты больницы были задействованы в оказании помощи. Огромный пласт работы упал на плечи сотрудников приемного покоя.

Несмотря на все трудности все работали скоординированно: больные поступали, их сразу же осматривали, их доставляли в операционную, где их оперировали.

Мы ожидали массовых поступлений, но к нам привезли несколько пациентов. Потом мы думали, что могут привезти людей, которых будут доставать из-под завалов. Вероятно, на предприятии был отработан алгоритм действий, и под завалами, судя по всему, оказалось небольшое количество людей.

— Сколько пациентов к вам поступило?

— Сразу наше отделение приняло четырех очень тяжелых больных. На одного из них упала плита, но к нам его доставили в сознании. Мы диагностировали у него сотрясение мозга. Мы подозревали, что у него может развиться синдром позиционного сдавления, поскольку плита упала ему прямо на ноги. Благодаря тому, что молодой человек был достаточно крепкого телосложения, он смог удерживать плиту. В итоге все обошлось. Ему сделали анализы при поступлении и через сутки — позиционного сдавления у него не выявили. В реанимации он провел сутки, а затем его перевели в обычное отделение.

Еще двоих пациентов также сразу же прооперировали. В нашем отделении они находились на интенсивной терапии. Когда их состояние стало удовлетворительным, то их перевели. Это произошло вчера. Еще одна пострадавшая остается у нас. Пока ее состояние тяжелое. Кроме того, один больной находился в нейрореанимации.

— С какими еще травмами к вам поступали пациенты?

— Женщина, которая еще находится в тяжёлом состоянии, поступила к нам с термоингаляционной травмой. Она была вся в копоти. Ей сразу же сделали бронхоскопию, которая показала присутствие большого количества копоти в легких. Мы ей сразу удалили копоть и ввели необходимые препараты.

— Какой прогноз по ее состоянию?

— Люди – это не погода. Мы, медики, делаем всё, но мы — орудие в руках Божьих. Мы делаем всё, чтоб люди жили, и надеемся, что у нас получится. И Бог нам поможет.

— Поступившим к вам пациентам удалось избежать инвалидности? Им потребуется лишь дальнейшее восстановление и лечение?

— Знаете, у троих из них взрывная травма, а у одной пациентки перелом крестца. Конечно, все это требует дальнейшего лечения.

Еще не удалены осколки у двух больных. Это можно будет сделать при стабилизации их состояния. Отмечу, что осколками не задеты внутренние органы. Они остались в мягких тканях.

 Женщина с термоингаляционной травмой находится на искусственной вентиляции лёгких. В связи с ранением кишечника ей еще нужно провести операцию. Будем надеяться, что все пройдет успешно.

— Не было ни у кого из этих пациентов тяжелых открытых ранений?

— У одного пациента ампутировали палец. Вы знаете, сейчас важно вывести пострадавших из шокового состояния, стабилизировать их состояние, чтобы они были гемодинамически стабильны: если говорить по-простому, чтобы у них было нормальное артериальное давление, пульс, чтобы их сердце работало в режиме, который обеспечивает жизнедеятельность организма.

— Сколько времени вам пришлось работать в авральном режиме?

— Знаете, после отбоя со стороны МЧС все медики оставались на рабочих местах. Хотя было понимание, что больше пострадавшие с завода не будут поступать, нужно было заниматься теми, кто уже находился в нашем отделении. С этими пациентами приходилось работать и в субботу, но, конечно, уже в обычном, а не в авральном режиме.

 — Сколько ваших специалистов было задействовано для оказания помощи пострадавшим от атаки на завод?

— Трое дежурных и четверо приехавших анестезиологов-реаниматологов, среди них Владислав Веселовский, Виталий Бурцев, Анастасия Сударикова и Антон Шехов. Они приехали сразу же после ЧП. Остальные звонили и говорили, что готовы приехать при необходимости. В основном они живут далеко и у них нет своих машин.

— Операции проводились одновременно?

— Да, одновременно. У нас работало четыре больших операционные и еще одна маленькая.

— Как долго проводились операции?

— В зависимости от тяжести поражения.  Работа проводилась по протоколу и операции выполняли быстро, потому что длительность операции тоже влияет на состояние таких пациентов.

Одну тяжелую больную прооперировали быстро. На следующий день хирург Леонид Щеликов после дежурства опять приехал и прооперировал ее еще раз. Фактически он трое суток был на работе. Вот такие у нас работают ребята.

— Будут ли какие-либо поощрения для этих медиков?

— Я их поощряю большим спасибо. У меня других возможностей для поощрения нет. Когда я все же упомянула про поощрение, то многие из приехавших сказали: «Да что вы! Мы приехали, потому что мы хотели помочь».

— Какое количество пострадавших вы смогли бы принять?

— В больнице есть возможности принимать пациентов и обеспечивать помощь при массовом поступлении. Сколько будет поступать, столько и примем. Я думаю, все медицинские учреждения готовы к таким вызовам.