Трудности перевода

На днях внимание мое привлекла такая картина. Двое полицейских, мужчина и женщина, видимо, наряд ППС, терпеливо поджидали кого-то у лестницы, ведущей из так называемой «наливайки». Кто не знает – так в народе прозвали питейные забегаловки, которые в большом количестве расплодились на первых этажах многоквартирных домов, заняв помещения бывших квартир. Время от времени из дверей «наливайки» выглядывали настороженные лица, словно проверяли, караулят еще на улице полицейские или нет. Время и дела не дали досмотреть сцену до конца.

Поэтому для меня так и осталось загадкой – кого-то конкретного поджидал наряд или просто хотел выполнить план по «галочкам». Считай, почти любого, вышедшего из «наливайки», можно обвинить в совершении административного правонарушения. Дескать, появился в общественном месте в состоянии алкогольного опьянения. И поди докажи тогда, что ты не дурак, а законопослушный гражданин. Да и на вопрос попробуй ответить – зачем создавать «наливайки», если дойти от них до дома без приключений, возникни такое желание у правоохранительных органов, не удастся?  

Наблюдая за сценой, невольно вспомнил об инициативе, отправленной пару месяцев назад орловским облсоветом народных депутатов столичным коллегам из Госдумы. Напомню, что они предлагают дополнить федеральное законодательство, дав регионам право самостоятельно вводить дополнительные ограничения по продаже спиртного. И в качестве негативного примера привели те самые «наливайки». Мол, сыплется на нас огромнейшее количество жалоб от местных жителей, которым не нравится, что в их доме, под их окнами, в квартире, где еще недавно жила бабушка Маруся, появилось питейное заведение. От них, от таких заведений, пользы никакой, только шум, гам и прочий срам.

Как обычно, судьба инициативы орловских депутатов станет известна еще не скоро. И не факт, что ей вообще дадут ход. Зарегистрируют в Госдуме, отдадут какому-нибудь комитету, да и положат пылиться на полку. Но мне вот стало интересно – неужели только орловские депутаты озаботились проблемами «наливаек»? Не похоже это как-то на нас, редко когда тихая Орловщина заставляет страну задуматься какой-нибудь своей инициативой. Подозрения не обманули. Достаточно было минутку погуглить, как сейчас говорят, чтобы узнать, что в других регионах власти не только волнуются, но и сражаются с подобной проблемой. Причем практика показывает, что она куда глубже, чем о ней было сказано в орловской инициативе.

Более того, выяснилось, что полномочий для борьбы с «наливайками» у субъектов РФ достаточно. Они вправе принимать местные законы, и никакой федеральный центр их в этом не ограничивает. К чему была тогда наша инициатива? Ради пиара, что ли? Например, в Нижегородской области еще в прошлом году внесли поправки в местный закон «О регулировании отдельных правоотношений в области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции». Такой же закон, кстати, действует и в Орловской области.

Поправки в Нижнем Новгороде вступили в силу с 1 января 2015 года. Они запретили размещение «наливаек», или «капельниц», как их там называют, на первых этажах жилых зданий. Ограничения позволили с точностью подсчитать и их количество. В Орле ведь тоже сейчас никто точно не скажет, сколько питейных заведений работает в многоэтажках. В Нижнем подсчитали, что под действие закона подпали 75 забегаловок. Говорят, люди там вздохнули с облегчением – пьяниц во дворах стало меньше.

Чуть позже аналогичные поправки в местное законодательство приняли в Татарстане.  И там проблема показала себя в еще большей глубине. В Нижнем, например, законодатели, оценивая эффективность нововведения, учли мнение лишь жителей, то есть, электората. Мол, людям новшество понравилось. В Казани же парламентарии выслушали и представителей бизнес-сообщества. Им-то что делать, куда идти, чем заниматься? Представьте только, вы решили открыть свое дело, составили бизнес-план, выкупили или арендовали помещение, взяли кредит, наняли персонал, закупили товар, дали рекламу и многое другое. Все это сделали, когда  бизнес был законным.

И вдруг бац – он внезапно становится вне закона. Все, вы разорены. За вами гоняются кредиторы, персонал требует погасить долги по зарплате, поставщики канючат оплату за товар. В Казани это учли, и не стали вводить простой запрет. Там ввели лицензирование. Хочешь работать – оформи лицензию, заплати за нее государству и обеспечь соблюдение твоего заведения необходимым требованиям. В общем, власти предложили бизнесу превратить рюмочные в цивилизованные заведения, работа которых не будет мешать жизни горожан. Казанцы подсчитали, что перейти на новые рельсы должны около 300 баров. Поправки в закон вступили там в силу в середине июня. А приняли их в марте. То есть, на раскачку дали три месяца. За это время они должны были перепрофилировать свою работу.

По сути, питейные заведения стали закусочными и кафе. Если требования нарушаешь, лишат лицензии, вот и весь сказ. Бизнес, надо сказать, подчинился не сразу. По истечении трех месяцев лишь два десятка заведений отчитались о готовности к требованиям нового закона. Остальные думали, авось пронесет. Не пронесло. По «наливайкам» прокатились проверки.  

Кстати, казанцы небезосновательно считают, что подобные питейные заведения не появились бы, по крайней мере в таком количестве, если бы в регионе, как и по всей стране, не действовал бы запрет на ночную розничную торговлю алкоголем. Законодатели, конечно, хотели, как лучше. Но получилось, как всегда. Нашлась лазейка в законе, и родился новый бизнес. Ну пил бы человек себе дома. А с ведением запрета приходится ему шагать по ночным улицам в поисках «наливайки».

Там еще и алкоголь подают неизвестно какого качества. Вот в Орле статистика такая не приводится, а в Казани подсчитали, что в «наливайках» отравились в этом году более двухсот человек, почти 60 из них умерли. Сейчас, правда, ситуация разительно улучшилась. Может, и нам стоит пойти по казанскому пути? Учитывая, что уже в ближайшие дни региональный парламент возобновит свою работу, кратко опишу суть реформы.  

В Казани отныне в «наливайке» должно быть определенное количество столиков, а не один-два, как это происходит в Орле, должны быть подсобные помещения и кухня, разделенная на зал для приготовления пищи и посудомоечную. В заведении должно присутствовать меню с обязательным наличием горячих блюд, приготовленные на своей кухне. Ну и, конечно, санитарные требования к таким заведениям заметно ужесточились.

Бизнес пожаловался, что ему придется раскошелиться на перепрофилирование. Но практика показала, что такие расходы не превышают ста тысяч рублей, что гораздо меньше месячного оборота «наливайки». Кстати, и это учли казанские парламентарии. Они утвердили тарифы на лицензирование. На первом этапе чтобы продлить действие лицензии владельцу заведения надо заплатить всего 3,5 тысячи рублей. Дальше – дороже. Продление лицензии на год обойдется уже в 65 тысяч рублей. Возможно, кого-то это отпугнет, и количество «наливаек» сократится из-за финансового барьера. За нарушения требований предусмотрен штраф в сто тысяч рублей.

Казань, конечно, побогаче Орла, поэтому я не призываю вводить у нас такие же тарифы. Они могут быть меньше. Да и механизм можно усовершенствовать, адаптировать к местным реалиям. Вопрос в том, готовы ли заниматься решением проблемы наши парламентарии? Или все ограничится закинициативой, о которой, наверное, 99 процентов орловцев даже не слышали, а если и слышали, то давно забыли.

Максим Романов