В женский блок орловского СИЗО доставили нового арестанта. В молодости она убегала от киргизских националистов, а спустя всего пять лет стабильной жизни – от орловских следователей. И вот ей уже 75. «Орловские новости» рассказывают историю женщины, которая находилась в федеральном розыске 27 лет.
Дарья Морошкина (личные данные изменены – прим. «ОН») родилась в Киргизской ССР и ещё там успела стать матерью.
Но в начале 90-х вместе со своим сыном ей пришлось бежать куда глаза глядят. Причиной стали погромы русских и национальная дискриминация, которые накрыли регионы Средней Азии сразу после распада СССР.
«Начались одиночные, но регулярные нападения на русских. Не хватало только массовки. Нужна была хорошая искра для хорошего костра. Но и она нашлась. С юга волны ненависти докатились до столицы. Сожжённые дома, изнасилованные девочки, младенцы на вилах, тысячи беженцев» - писал про тогдашнюю Киргизию в своих мемуарах Владимир Чердынцев, земляк Морошкиной по Киргизской ССР.
Оставаться было опасно, и нужно было бежать. Без денег, без особых планов. Но других вариантов не было.
Начало 90-х. Один из погромов в Средней Азии после развала СССР
Фото Павла Иванова, источник
Семья, перебравшись в Россию, осела во Мценском районе Орловской области. Сначала жили в общежитии, потом Дарья познакомилась с местным мужчиной. После традиционного периода ухаживаний она и стала Морошкиной.
У мужчины уже был свой ребёнок, но, женившись, он принял в свой дом в том числе и пасынка.
Об этой семейной жизни теперь можно услышать версию только одной стороны – Морошкиной и её сына. Согласно ей, отец семейства изрядно выпивал и распускал руки. Доставалось жене, но больше всего это злило её сына.
В 1999 году он понял, что дальше терпеть нельзя.
Вместо обращений в полицию или развода последовала история в духе героев Фёдора Достоевского.
Сын Морошкиной, вероятно осознав себя «право имеющим», решил защитить мать. Причём, самым радикальным способом. Нет отчима, нет проблем.
Правда, в отличие от Родиона Раскольникова, в одиночку идти на такое он не решился. Всё-таки тут взрослый мужик, а не старушка-процентщица.
Сын Морошкиной решил обратиться за помощью к другу. Правда, как потом выяснилось, тот помог всё-таки не по дружбе, а за деньги.
«Видимо, за просто так не хотел никого убивать», - объяснил “Орловским новостям” источник, знакомый с ходом следствия.
Таким образом простой мценский парень формально стал одним из тех, кого в 1999 году пафосно называли словом killer.
За соучастие в “мокром” деле парень получил гонорар. Четыре тысячи рублей.
На тот момент в среднем орловцы зарабатывали по тысяче в месяц. Таким образом, жизнь выпивающего мужчины “стоила” четырех месяцев честного труда.
Немного. Но и убивать нужно было не Джона Кеннеди, а простого деревенского мужика.
16 января 1999 года приговоренный к смерти человек получил удар палкой по голове, после чего был задушен. Его тело молодые люди отволокли и сбросили в овраг, а сверху чуть прикопали.
Но на душе у убийц было неспокойно.
Они решили перепрятать труп. Правда, ничего оригинального не придумали. Просто откопали, отнесли в другое место и снова закопали.
Но не глубоко. Русской зимой особо не накопаешься. Потом, когда потеплело, местные жители почувствовали трупный запах и сообщили, куда надо. Приехавшие на место силовики без проблем нашли труп, а потом возбудили дело.
Найти в деревенской местности людей, которые имели мотив и были способны на такое, было легко. Обоих парней “приняли”, и они дали признательные показания.
Суровая русская зима не позволила убийцам глубоко закопать тело
Фото нейросети GigaChat, источник
Дарья Морошкина знала о поступке сына. Знала и молчала. Справедливо рассудив, что она является соучастником убийства, совершенного группой лиц по предварительному сговору, женщина во второй раз в жизни пустилась в бега.
В 1999 года она испугалась, что её привлекут и посадят. А этого в свои тогдашние 48 лет она не хотела.
Суд состоялся оперативно, уже в 2000 году. Дело Морошкиной выделили в отдельное производство, и сроки получили только сын и его друг-киллер. Их осудили по пунктам “ж” и “з” второй части 105-й статьи УК РФ. Тут тебе и группа лиц, и найм.
Молодые мужчины получили по 13,5 и 14,5 лет колонии. Приговор строгий, но логичный - действовала группа лиц.
Пока сын Морошкиной был под следствием, к нему ходила с передачками родная тётя. Передавала ли она какие-нибудь записки от матери, сейчас уж известно только им самим. По крайней мере, следствие такого не перехватывало.
Важно, что в приговоре 2000 года содержалась запись о том, что убийство было совершено совместно с лицом, дело которого выделено в отдельное производство. То есть, с нашей героиней.
Её преступление было в том, что она всё знала и не донесла. Помогала сыну молчанием. Да и не отговорила, видимо.
Корыстного мотива в виде захвата чужого дома не было. Недвижимость перешла ребёнку от прошлого брака.
Тётя подсудимого и родная сестра беглянки сыграла ключевую роль и в истории, которая длилась 27 лет. Она отдала сестре свой паспорт, что позволило купить в соседней Липецкой области частный дом.
Потом через какое-то время паспорт был возвращен. Жизнь в деревне не требует постоянного предъявления документов.
Как теперь известно, объявленная в федеральный розыск женщина неоднократно наведывалась в Орловскую область к сестре. Но вычислили её спустя много-много лет.
Ну а пока Морошкина встретила нового мужчину и жила с ним. Вела хозяйство, в том числе - разводила кур. Параллельно нашла себя неофициальную работу за наличный расчёт.
Так прошло много спокойных лет в липецкой деревне.
Несмотря на 27 лет прошедших лет, орловские следователи смогли довести старое дело до конца
Фото Следственного управления СКР по Орловской области, источник
Задержание произошло 3 августа этого года. Дарья Морошкина его ждала.
«Мне надоело скрываться», - честно призналась женщина, когда за ней пришли.
Теперь, после 27 лет в бегах, старая история начинается для пожилой женщины заново. Срок давности преступления был приостановлен в момент побега, поэтому суду ничто не помешает рассматривать дело, как будто оно произошло на прошлой неделе.
И обвинение будет серьёзным.
С другой стороны, 15-летний срок давности, обычно действующий для убийств, всё-таки прошёл. Гипотетически судья может обнаружить в деле некие исключительные обстоятельства и таки применить срок давности.
Еще один значимый момент - это помощь в сокрытии преступника, за которую можно привлекать к ответственности человека, предоставившего свои документы беглецу. Сестре Морошкиной это предъявить нельзя - она близкий родственник и, согласно российскому законодательству, освобождается от уголовной ответственности.
Ей опасаться точно нечего.
Обвиняемая же вину свою признает полностью и раскаивается в содеянном.
А двое ранее осуждённых мужчин уже отбыли наказание и вышли на свободу с чистой совестью. У них есть жёны, дети и работа, и назад в колонию они так и не вернулись.
При этом, как минимум один из осуждённых до сих пор живёт во Мценском районе.
Ну а Дарья Морошкина теперь по крайней мере имеет возможность на законных основаниях общаться с сыном. Теперь больше никто никого не ищет и, чуть ли не впервые в жизни, не нужно ни от кого убегать.
Иллюстрация: Тютчева Оксана
