В Железнодорожном районном суде Орла 23 ноября состоялся допрос главного свидетеля по делу владельца «Орловской нивы» Сергея Будагова, обвиняемого в даче взятки. Показания дал начальник департамента имущества и земельных отношений Андрей Синягов, которому, по версии обвинения, бизнесмен и передал 5 миллионов рублей за пролонгацию договоров на размещение в городе павильонов «Родное село» и общее покровительство в бизнесе. В частности, Синягов рассказал подробности своих встреч с Будаговым, о заминке при задержании предпринимателя и о том, почему «Родные села», по его мнению, не являются основной целью подкупа чиновника. Сам Будагов заявил, что взяток не давал, но принял решение «помочь человеку, который сыграл, как артист». За заседанием наблюдал корреспондент «Орловских новостей».

«В конце января мне позвонил Будагов и попросил о встрече», - начал свое выступление в суде в качестве свидетеля коренастый мужчина в темно-синем костюме - Андрей Синягов. Он родился в Новгороде. В свое время поработал в органах внутренних дел: опером, потом следователем. В 2015 году по приглашению губернатора Орловской области Вадима Потомского приехал в Орел, где возглавил областной департамент земельных отношений и имущества. Шутка ли, но именно этот департамент при команде прежнего губернатора Александра Козлова сыграл ключевую роль в продаже акций крупнейшего агрохолдинга региона «Орловская нива» Сергею Будагову всего за 14 миллионов рублей при их реальной стоимости в десятки раз больше. Уже на протяжении двух лет в отношении Будагова расследуется уголовное дело по статье «Мошенничество», связанное с приобретением этих акций, и все никак. Но сейчас речь не об этом. Сейчас Будагову вменяют особо крупную взятку, и Синягов рассказал суду свою версию произошедшего.

Он напомнил, что в 2015 году закончились договоры аренды части земельных участков, на которых располагаются павильоны «Родное село», принадлежащие «Орловской ниве». В конце 2015-начале 2016 годов руководству холдинга были направлены уведомления об этом и требование об освобождении участков, но оно, как известно, выполнено не было. Павильоны в городе стоят до сих пор. Также Синягов рассказал, что у имущественного департамента имелась задолженность в сумме более 6 млн рублей за хранение зерна перед АПК «Юность», тоже принадлежащем Будагову. При этом до 2014 года, то есть до смены руководства области, исковые требования к департаменту не предъявлялись.

«Во время встречи, - продолжал свидетель, - я предложил Будагову в счет погашения задолженности приобрести зерно, которое включено в программу приватизации и выставляется на торги. Будагов сказал, что интереса в этом нет, и холдинг хотел бы получить деньги. Тогда я попросил, чтобы исполнительный лист временно отозвали, чтобы не были арестованы счета департамента и со временем мы смогли расплатиться. Сергей Аристеевич пошел навстречу, и исполнительный лист был отозван. Во время той же встречи он расспрашивал меня относительно моей позиции по размещению павильонов «Родное село» в городе. Я сказал, что в соответствии с законом, при прекращении договоров аренды земельные участки должны быть освобождены. А потом уже они вправе, как и другие, принять участие в торгах. Моя позиция его не устроила. Он сказал, что освобождать участки не намерен и продолжит их занимать. На этом наш первый разговор был закончен».

Свидетель рассказал, что в конце февраля Будагов позвонил ему и снова попросил о встрече. «Он приехал ко мне на работу, и мы говорили об освобождении земельных участков. Я повторил, что срок аренды закончился, и моя позиция остается неизменной. Кроме того, так как павильоны «Родное село» расположены на землях Орла, он просил меня в виде содействия никаким образом не вмешиваться в то, чтобы там стояли его ларьки. Он сказал, что с администрацией Орла он решит вопросы самостоятельно. Хотел, чтобы я на нее не воздействовал», - рассказал Синягов. Он также напомнил, что во времена Александра Козлова, что ни для кого не секрет и о чем, кстати, постоянно сообщали СМИ, ларьки устанавливались со множеством нарушений: павильоны сначала ставили там, где хотелось Будагову, а только потом оформлялись документы. При этом ряд павильонов устанавливались вообще без каких-либо договоров. Синягов заявил, что когда город судился с Будаговым, он переоформлял документы на других людей, и решения судов были неисполнимыми.

«1 марта Будагов предложил мне 5 миллионов рублей в год за мое бездействие», - сказал Андрей Синягов. По его словам, бездействие заключалось в том, чтобы чиновник «закрывал глаза на незаконное размещение павильонов, а сам он решит вопрос с администрацией». Как именно бизнесмен намеревался решить вопрос, а главное — с кем, в суде не прозвучало.

По словам чиновника, о деньгах Будагов с ним заговорил в коридоре, когда тот его провожал. «Сама сумма из его уст не звучала, - сказал свидетель. - Он показал мне рукой пятерню и сказал: «миллионов в год». Я ничего не ответил. Сказал, чтобы он перезвонил». После этого Синягов поехал к губернатору и написал заявление, которое было передано в ФСБ, а ведомство, в свою очередь, инициировало проверку. О том, как она проходила, «Орловские новости» подробно писали в предыдущем репортаже.

В судебном заседании адвокаты Будагова заявляли, что полномочий для того, чтобы как-то реально решить вопросы о пролонгации договоров о размещении в Орле «Родных сел» у него не было (например, областной департамент не имеет полномочий вмешиваться в деятельность органов местного самоуправления в лице того же УМИЗ).

- Выясняется, что вам и деньги-то предлагать было не за что, - заметил адвокат Будагова Максим Баев.

- Ну, наверное, не надо было предлагать. Разве не так? - парировал Синягов.

- Почему было просто не отказаться, - вздохнул Баев. - Оперативное прошлое?..

Свидетель не стал комментировать данную ремарку. Тогда вопрос повторила уже председательствующая Валентина Блохина.

- Ну могли же вы так Будагову сказать: а мне не за что давать? - спросила она.

Андрей Синягов удивился.

- Погодите. Это интересная такая позиция. Если бы у нас одно лицо передавало другому взятку, а другое лицо говорило «не надо мне взятку давать» - у нас бы ни одного дела по взятке не было. Я вам говорю, как это происходит. Одно лицо предлагает взятку, а другое — уведомляет правоохранительные органы. Это раз. И второй момент. Когда предлагается взятка, человек преследует свой мотив, который он может четко и не сформулировать тому лицу, которому он дает взятку. Но я мотив Будагова знаю, но, как предположение, не могу его озвучивать, - сказал он.

Позже Синягов все же скажет: «Взятку за "Родные села" давать - экономически нецелесообразно, глуповато даже, может быть. Необдуманно. Взятка давалась не за "Родные села", а за общее покровительство». Когда адвокат попросил уточнить конкретнее, напомнив свою позицию, что полномочий у Синягова и его департамента не так уж и много, чиновник с иронией сказал: «Как же у нас тогда «Орловская нива» ушла за 14 миллионов рублей? Это как раз была работа департамента имущества и земельных отношений».

Также свидетель рассказал об остальных встречах с Будаговым, на которые он отправлялся прямиком из ФСБ. С прослушкой. В частности, 4 марта, когда они встретились в кафе в гостинице «Орел», по словам чиновника, там он повторил свое предложение о пяти миллионах в год. «Для моего успокоения он сказал, что ранее никого не выдавал», - пояснил Андрей Синягов. Там же, со слов свидетеля, Будагов обсуждал с ним механизм передачи денег: бизнесмен якобы предлагал передавать их «в сумке с колбасой, которую изготавливает «Орловская нива». При этом сумку должен был передавать водитель бизнесмена водителю чиновника. На что Синягов ответил отказом - «так как в данном случае задокументировать будет проблематично». «В ту же встречу Будагов мне сказал, что первая часть будет передана для знакомства, а дальше сумма может увеличиваться в зависимости от решения [его] вопроса», - сказал свидетель.

10 марта по телефону Синягов и Будагов договорились о встрече на следующий день. Синягов отметил, что Будагов попросил его быть на своем автомобиле. Как уже сообщалось ранее, за некоторое время до встречи сначала чиновника, а потом его машину осмотрели сотрудники ФСБ, чтобы зафиксировать, что денег ни у него, ни в авто нет. После этого они встретились возле гостиницы «Орел» и поехали «кататься по городу». «Когда он подходил к машине, в руках у него ничего не было. Я не понимал, как это будет происходить. Ситуация была не предсказуемой, - говорил суду свидетель. - Поездив по городу, мы приехали к супермаркету «Бутерброд», где у Будагова находится офис. Посидев некоторое время в машине, Будагов достал из кармана цветной пакет, а из другого — шапку, в котором тоже был пакет, и положил их между сиденьями. Я их взял и сказал, что это не выглядит на 5 миллионов рублей. На что Будагов мне кивнул, а потом предложил связаться с главой города и сказать, что я никаких инициатив по наведению порядка с «Родными селами» предпринимать не буду. Мы посидели еще какое-то время в машине. Я подумал, что сотрудники ФСБ предпринять действия, но их не происходило. Будагов вышел из машины и направился в «Бутерброд». Я позвонил ему. Он вернулся, и тогда подошли сотрудники». После этого произошло задержание.

- Будагов что-то пояснял? - поинтересовалась гособвинитель.

- Он говорил, что это деньги не его, он ничего не знает, - ответил свидетель.

На большинство вопросов адвокатов Будагова свидетель отвечал в единственной манере: «Не помню» или «Это есть в материалах дела». За последнюю фразу председательствующая несколько раз делала ему замечания. Сам подсудимый, на протяжении допроса Синягова судом, прокурором и адвокатами, не сводивший с него глаз, также решил его допросить. Порой его вопросы сопровождались долгими пояснениями.

«Вы во время наших встречах чувствовали, что я очень доверчиво отношусь к вам? Рассказываю все про свою семью. Любой вопрос — про сыновей, про бизнес, про акции, про Козлова, про суды, про прокуратуру...Я на все искренне вам отвечал.., - говорил Будагов.

- Ну, насколько искренне вы были, мне говорить тяжело. Скажем так, мы были в диалоге, - отреагировал Синягов.

- В диалоге...Хорошо...После каких-таких шагов с вашей стороны я мог открыться вам? Человек, который проработал 40 с лишним лет руководителем хозяйства. После каких слов я мог открыться?..

Андрей Синягов не стал дожидаться окончания монолога Будагова.

- Я вам скажу, что передо мной открывались люди, которые на гораздо больших должностях работали, - сказал он.

- То есть вы меня раскрыли?

- Есть такое дело.

- Я говорил о том, что у меня — молоко, мясо и хлеб. Я вообще независимый человек. И никто не может на меня повлиять. Чем вы могли помочь «Орловской ниве»? Вы что-нибудь знаете о том, что такое сельхозпредприятие? Чем ваш непрофильный департамент мог мне помочь? - спросил Будагов.

- Ну, как минимум один раз департамент имущества и земельных отношений вам помог с акциями «Орловской нивы», - еще раз напомнил Синягов.

- Это было давно, и это было решение правительства. И департамент ни чем мне не может помочь. У сельхозпредприятий нет налогов на имущество, на прибыль, государство дало столько льгот, что сельхозпредпирятия не нуждаются ни в ком. Я никогда ни в ком не нуждался, потому что государство мне дало все. С какой целью вы все так преподносите? С целью, что «Орловскую ниву» не удалось вам отвоевать? Это обида, может быть? - спросил подсудимый.

Синягов ответил:

- Вы не торопитесь. Всему придет свое время...

Один из адвокатов заметил: «Звучит угрожающе». Второй поинтересовался — есть ли какое-либо решение суда по «Орловской ниве» (напомним, в арбитражных судах, где правительство области оспаривало сделку с пакетом акций, ему было отказано), чиновник сказал, что в настоящее время расследуется уголовное дело. После дальнейшей словесной перепалки, Синягов сказал Будагову о том, что он дал ему взятку. На что Будагов ответил: «Я дал вам заем, а не взятку». «Я принял решение помочь человеку, который сыграл, как артист», - сказал он.

Следующее заседание состоится 30 ноября. Ожидается, что на нем будут допрошены свидетели со стороны защиты.

Денис Волин

P.S.В начале судебного заседания прокуратура попыталась ограничить право СМИ на освещение открытого судебного процесса и распространение информации. Однако соответствующая норма права отсутствует, а в постановлениях пленума Верховного суда РФ неоднократно ставился акцент на гласности судебных заседаний. В связи с этим «ОН» предлагают ознакомиться, как другие СМИ освещают резонансные и общественно значимые судебные процессы (Дело Немцова ; Дело БОРН; Дело Савченко; Дело Павленского). Напомним, что решения о виновности или невиновности подсудимых выносит только суд на основании материалов дела, а не публикаций в прессе. И СМИ никоим образом не претендуют на эту функцию, а занимаются лишь информированием своих читателей, которые имеют безусловное право на получение информации, в особенности о том, что касается уголовных дел коррупционной направленности. Надеемся на понимание.