Утром 2 ноября “Комсомольская правда. Орёл” со ссылкой на родителей маленьких пациентов сообщила, что в Научно-клиническом многопрофильном центре имени Круглой перестали проводить операции. В качестве причины указывалась забастовка анестезиологов из-за сокращения заработной платы. В этот же день и.о. главврача медучреждения Людмила Крылова распространила письмо, в котором уточнялось, что все операции проводятся в плановом режиме «в соответствии с графиком операционного дня». Также сообщалось, что заработная плата, включая компенсационные и стимулирующие выплаты, работникам отделения анестезиологии и реанимации выплачивается своевременно и в полном объеме. Позже орловский Следственный комитет начал доследственную проверку по факту ненадлежащего оказания медицинских услуг в больнице.

Между тем нездоровая ситуация внутри медучреждения сохраняется до сих пор, а бывшая заведующая отделением, по словам областных чиновников, выставила требования главврачу. Проблема далека от решения, и во что это всё выльется - неизвестно. В ситуации попытался разобраться корреспондент “Орловских новостей”.

 

“Забастовка” - неправильное слово

 — Прежде всего, не хотелось, чтобы звучало слово “забастовка”. Это неправильно. Мы реализовали своё законное право работать на ставку. Никто работу не прекращал. Даже, более того, когда мы перешли на ставку, мы стали работать более интенсивно, - объясняет Валентина Воронина, до недавних пор заведующая отделением анестезиологии и реанимации Детской областной больницы.

Коллеги подтверждают её слова дружным киванием.

С работниками отделения я встретился в ординаторской. Всего на встречу пришли около 20 человек.

 — Когда Людмила Александровна [Крылова] пришла сюда в качестве исполняющего обязанности главного врача, мы встретили ее доброжелательно. Я несколько раз предлагала ей поближе познакомиться с нашим отделением. Хотели ей объяснить, как мы работаем, какая у нас материально-техническая база, наш кадровый состав, какие у нас проблемы, — продолжает Воронина.

По её словам, главная проблема отделения - скудность кадрового состава. Причем возникла она более 10 лет назад. Специалисты, как говорит Воронина, не стремятся в детскую больницу. Звали врачей из взрослой областной клиники, но те не согласились переходить, работа с детьми - это большая ответственность. Как утверждает Воронина, всего в её отделении 14 врачей. При этом два доктора с начала 2018 года находятся в декретном отпуске. Из оставшихся 12 - шестеро пенсионеры. Есть еще два молодых специалиста, которые пришли несколько месяцев назад, им ещё надо привыкнуть к работе в отделении. Большую часть текущего года работали только 10 специалистов, однако весь объем работ они выполняли.

— Людмила Александровна как-то не прониклась идеей, что нас мало. Говорит, что все в больнице работают много и интенсивно. Раньше за интенсивность труда платили стимулирующие надбавки. Платили докторам и сестрам. С этими надбавками зарплата была достаточно неплохая. Но потом она обозначила нам, что платить теперь так нам больше не могут. Были представлены новые расценки. Меньше всего зарплата была снижена у меня, затем у докторов и больше всего у сестёр. Нам и раньше понижали фонд, но у нас была возможность свободного распределения этих денег. Мы их распределяли по отработанным часам. Мы всё время работали на полторы ставки. Кроме того, у нас была ежемесячная переработка. Мы работали от 240 до 280 часов в месяц. Никто не работает в больнице столько, сколько работает отделение реанимации. Естественно, человек, который работал больше, и получает больше. А сейчас нам сказали, что неважно, кто сколько работает, есть физическое лицо, и оно получает определенные деньги..., — говорит Воронина.

— Наша зарплата состоит из двух частей: стимулирующие выплаты и базовая часть зарплаты - оклад, который складывается из вредности, категории и стажа. Базовый оклад врача анестезиолога -  реаниматолога 14 тысяч 100 рублей. Со всеми доплатами без стимулирующих, на ставку я получу 25 тысяч рублей, а на полторы ставки - я получу около 35 тысяч рублей. Что же касается стимулирующих выплат, то размер их не меняется. Не важно, была ли у человека переработка и сколько он времени провёл на работе. Разница в зарплате будет небольшая, — вступает в диалог врач Наталья Руднева.

 

 

Медсёстры отделения, которые, по их словам, сейчас оказались “за чертой бедности”, до нововведений при работе на полторы ставки получали около 30 тысяч рублей. Сейчас при той же нагрузке зарплата уменьшилась примерно на 10 тысяч. Как объяснили работники, сильно урезали и стимулирующие выплаты. Теперь вместо прежних 15 тысяч, они будут получать максимум 7 тысяч. Бывший главврач, по словам сотрудников, понимал, что из-за нехватки кадров один человек работает за троих, и поощрял соответственно. Крылова же этот нюанс, говорят собеседники «ОН», в расчет не берет.

 —  31 октября был утвержден график рабочего времени на ноябрь. 1 ноября  все врачи вышли на работу. Ни одной плановой операции не было отменено. Просто отдельные были перенесены. Экстренная работа выполнялась своевременно. Утверждать, что мы спекулируем детьми ради зарплаты - бестактно. Всю свою работу мы выполняем, — отметила Руднева.

Подробнее о том, что происходило в больнице 1 ноября, рассказала Наталья Колесникова, врач-анестезиолог высшей категории.

— Я пришла на работу к 9 часам, должна была оказывать только экстренную помощь, но пришлось выполнять работу ещё и планового анестезиолога. В течение 20 минут я проводила утренний предоперационный осмотр, затем по плану стояло 8 операций. После первой операции пришлось резко переключиться на экстренно поступившего ребенка. Затем вернулась к плановому графику работы. Из операционной вышла только в 16:10. Без перерыва работала в интенсивном режиме больше 7 часов, — заверяет Колесникова.

По словам врача, подобная ситуация повторилась 9 ноября. В тот день она проработала без перерыва больше 10 часов, выполняя работу трёх врачей в двух разных отделениях. Колесникова работает в отделении реанимации со дня его основания - с ноября 1984 года. Вскоре после выхода на пенсию она вернулась в больницу, поскольку, как говорит, понимала, что с таким дефицитом кадров коллегам будет очень сложно справиться с работой.

— С появлением нового руководства работать стало невыносимо. В худшую сторону изменилась оплата труда, а нагрузка только возросла, — прокомментировала ситуацию Колесникова.

Спасти "душу отделения"

 

— Никаких требований не было. Были просто тезисы, которые мы думали обсудить с главврачом. Во-первых, мы хотели сохранить то прозрачное, понятное всем распределение денег в коллективе. Мы хотели обсудить  увеличение сестринских стимулирующих выплат, доплату за вредность и работу в ночное время. Когда эти тезисы были озвучены, нам сказали: хотите работать на ставку - работайте на ставку. Мы ещё раз коллективом обсудили ситуацию и 25 октября отнесли заявление в отдел кадров, — рассказывает Воронина.

— В 2016 году нам повысили оклад. Заработная плата должна была увеличиться, но в результате снижения  процентов за вредность, стаж, категорию и ночные этого не произошло. В итоге никакого повышения по факту не было. В некоторых моментах она даже уменьшилась. Были доплаты за вредность их снизили. За ночную смену 100% доплаты были, срезали до 40%, — включается в разговор врач-анестезиолог Елена Осипова.

Отдельно врачи подчеркнули, что уменьшение суммы доплат по отдельным параметрам произошло только в Орловской области. Это решение главврача, продиктованное политикой регионального правительства, считают они. Кроме того, медработники пожаловались, что в отделении не выдают спецодежду. Её приходится покупать самостоятельно.

 

 

— С нами не пытаются говорить. Объектом для травли выбрали нашу заведующую Валентину Васильевну [Воронину]. Сейчас она отстранена от обязанностей. К работе в нашем отделении привлекают врачей из перинатального центра, а они не понимают специфику нашей работы, — говорит врач Руднева.

Она рассказала историю, которая произошла буквально в ночь перед нашей встречей. Из-за того, что один из врачей отделения ушёл на больничный, на дежурство прислали специалиста из перинатального центра. Человек, по словам Рудневой, грамотный и профессиональный, но совсем не ориентирующийся в отделении и специфике его работы. Вместе с ним на дежурство заступила молодой врач, которая работает всего несколько месяцев. Привезли экстренного пациента. Девушка-врач и специалист перинатального центра осмотрели ребенка и приняли решение о его госпитализации. Согласно данным анализов и рентгена, ребенка перевели на искусственную вентиляцию лёгких. Дежурные врачи нуждались в помощи. В итоге в больницу приехал Руднева, которая помогла сделать всё необходимое. Однако наутро, как утверждается, исполняющий обязанности заведующей отделением Эдуард Третьяков при свидетелях обругал дежурных матом, а после досталось и самой Рудневой за “работу не по графику”.

По словам врачей, они оказались в положении «бесправных рабов». Главврач их мнение не учитывает, а защитить их трудовые права некому, сетуют собеседники «ОН».  Из профсоюза они все давно вышли, поскольку структура эта “бессмысленная и нерабочая”.

— Мы никогда не отказывали в помощи детям. Когда на остановке произошла трагедия с троллейбусом, по стечению обстоятельств на месте ЧП оказалась наша заведующая. Она оказывала там помощь и на своё усмотрения вызвала реанимационную бригаду, хотя мы не имеем права выезжать на место ДТП. И мы выехали, несмотря на то, что могли за это получить выговор. С момента ДТП до того, как ребенок поступил в отделение прошло всего 12 минут. Ни администрация, никто не знали о случившемся. Ребенка собрали буквально по частям. В самые короткие сроки оказали ему помощь. Когда администрация узнала, что ребенок у нас, он уже пришёл в сознание. Мы не хотим ни славы, ничего, приятно было, когда ребёнок пришёл в себя, он сказал, что хочет стать врачом. Ребенок оценил нашу работу, в отличие от администрации, — едва не плача рассказывает Осипова.

Как говорят врачи, 30 лет у Ворониной не было ни одного выговора, а после смены главврача она  успела “схлопотать” два подряд. После третьего руководство имеет право с ней расстаться. Женщина работает в отделении с 1989 года, на должности заведующей с 2007 года.

— Нам очень обидно, что такая налаженная работа разваливается по бездумному решению главврача. Мы, конечно, после этого всего можем и уволиться, и найти себе другую работу, но очень жалко это отделение. Валентина Васильевна одна из тех, кто вложил сюда душу. Нам есть, что терять, — говорит одна из медсестёр.

«Травля» Ворониной, по мнению коллектива, связана с тем, что новый главврач хочет поставить на её место “своего человека”. Косвенно эту теорию подтверждает наличие врача из перинатального центра в качестве исполняющего обязанности заведующего. Зачем ей это надо, точно сказать никто не может. Между тем, как ранее в интервью “Орловским новостям” заявил советник губернатора по СМИ Сергей Лежнев,  “затратная часть” детской больницы складывается в том числе и из необоснованно высокой заработной платы Ворониной. По его словам, никакой травли нет, есть только спланированный саботаж со стороны медработников и законный ответ на эти действия. По документам, предоставленным чиновником, в разные месяцы 2018 года Воронина получала и 148 тыс. рублей, и 120 тыс. рублей.

 — Никаких 150 тысяч, о которых говорят, я не получаю. Это неправда, я могу взять справку из бухгалтерии, чтобы это доказать! — говорит Воронина.

— Очень обидно, что ходят такие слухи. У нас в отделении лентяев нет. Мы честно отрабатываем свои деньги, — включается кто-то из медсестер.

Говоря о выговорах, которые получила Воронина, врачи отметили, что обоснованных причин им никто так и не сказал. И если её в итоге уберут из отделения - в первую очередь пострадают дети, заявляют собеседники «ОН». Профессиональных работников и так мало, а будет ещё меньше. Кроме того, как уверяют врачи, если уйдет Воронина, за ней уйдет и часть коллектива, а заменить их в сложившейся ситуации, уверены они, некому.

Подводя итоги, медработники вынесли резолюцию, в которой обозначили основные свои требования.

— Мы не хотим работать за “спасибо”. Труд должен оплачиваться достойно. Кроме того, мы хотим, чтобы наше отделение оставили в покое, а заведующую восстановили в должности. Мы хотим, чтобы отделение работало в том же режиме, в котором работало до сентября. А работали мы, как часики, — подытожила Колесникова.

Настрой у медиков боевой, и они надеются, что конфликт всё же удастся решить миром. В противном случае они намерены обратиться в Минздрав и к президенту России Владимиру Путину.

 

“То, чем занимается Воронина - это саботаж”

 

Исполняющий обязанности главного врача медучреждения Людмила Крылова имеет другой взгляд на ситуацию в отделении анестезиологии и реанимации. По её мнению, за действиями бывшей заведующей стоит личный интерес. Об этом Крылова рассказала «Орловским новостям».

— Это нормально, когда люди внутри отделения сами себе назначают суммы тех или иных выплат? — задается вопросом Крылова. — Кроме бывшего начальства и заведующей отделения больше никто не участвовал в назначении выплат. При этом, как говорит сама  Валентина Васильевна, всё держалось на некой «устной договоренности» заведующей с бывшим главврачом. Но какие договоренности, когда ещё с 2016 года медучреждение должно было перейти на другие формы оплаты? — отмечает и.о. главврача. 

Сейчас, по словам Крыловой, проводится проверка, в которой принимают участие и департамент здравоохранения, и областная КСП, и Следственный комитет, и комиссия самого медучреждения. Какое-то решение будет принято уже в конце года. Выход из сложившейся ситуации, по мнению исполняющей обязанности, только один - Воронина должна остановиться.

— Все заведующие отделений высказываются,  что её действия - это саботаж. Причём саботаж основан на личном денежном интересе. Дети её не волнуют. Для сравнения, в других отделениях средняя заработная плата составляет 42 тысячи рублей, в отделении реанимации, даже после всех, как они говорят, урезаний - 80-90 тысяч рублей . Конкретно у врачей - 70 тысяч рублей. Воронина больше 100 тысяч получит. При этом стимулирующие выплаты, которые в её отделении доходили порой до 70 тысяч, другие врачи НКМЦ не получали. Ни копейки - ноль, — комментирует ситуацию Крылова.

Кроме того, Крылова назвала “глупостью” мнение о том, что на место Ворониной претендует “её человек”. Более того, она отметила, что назначение специалиста из перинатального центра на должность и.о. заведующего отделения реанимации - это “вынужденная мера”. Никто из сотрудников не согласился его возглавить. И Воронина, по словам Крыловой, об этом знает.

— Уйти врачам вслед за заведующей - неадекватное решение. Вы просто общались с персоналам в присутствии Ворониной. Не все, на самом деле, разделяют её позицию, — считает Крылова.

Кадровый вопрос, по словам и.о. главврача, решается. Идут переговоры с центральными лечебными учреждениями о переходе сотрудников в отделение реанимации. Но в целом дефицит сотрудников - это общая проблема всей больницы, а не отдельно взятого отделения.

В департаменте здравоохранения Орловской области «Орловским новостям» подтвердили, что средняя зарплата врачей-анестезиологов-реаниматологов в детской больнице, полностью отработавших норму, в 2018 году составляла от 73,1 тыс. рублей до 97,3 тыс. рублей, что выше средней зарплаты врачей в этой больнице и предусмотренного повышения средней заработной платы «Майскими указами» президента -  в 2 раза. Средняя зарплата Ворониной составила 110,6 тыс. рублей, что, соответственно, выше в 2,3 раза.

- Необходимо отметить, что распределение стимулирующих выплат осуществлялось заведующей отделением самостоятельно без учета критериев оценки качества. Нужно понимать, что распределение без учета этих критериев является необоснованными выплатами, - пояснила «Орловским новостям» финансист департамента здравоохранения Светлана Жирова.

Ситуация в детской областной больнице очень непростая. Окончательное решение по ее разрешению должна вынести межведомственная комиссия. Главное не забывать, что за соблюдением закона, зарплатами и белыми халатами, стоят жизни детей. Будем надеяться, что они не станут случайными жертвами внутрикорпоративного конфликта, личных амбиций или еще каких-либо причин, способных в один момент стать судьбоносными.


 

Максим Клягин