В Орле суд продолжает рассмотрение дела экс-главы департамента здравоохранения Орловской области Ивана Залогина. Его обвиняют в ч.2 ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий) и ч.1 ст. 169 УК РФ (воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности). По данным следствия, компания «Диализный центр Нефрос-Калуга» обратилась в облздрав за лицензией, и Залогин отказал фирме, однако выдал лицензию другой компании, которая заявила почти такие же условия, как и «Нефрос-Калуга». Чиновники продолжают настаивать, что нарушения были обоснованными, а представители бизнеса говорить о предвзятом отношении. За допросом свидетелей, где неожиданно вскрылась встреча Залогина с представителем компании в 2019 году, наблюдал корреспондент «Орловских новостей».

 

На заседании 18 января выступил первый заместитель генерального директора «Нефрос-Дон» и управляющий отделением в Орле Михаил Радзинский. Он рассказал, что подготовка к открытию медучреждения началась еще в 2019 году: поиск помещения, закупка оборудования и всего, что необходимо для оснащения диализного центра. А вместе с тем, в тот период произошла и первая встреча представителя компании, некого Михаила Безменского,, который был исполнительным директором «Нефрос-Воронеж». Он, как поведал суду свидетель, якобы созванивался с Залогиным, хотел приехать на встречу, обсудить открытие диализного центра. Но получил отказ.
 
«Со слов Безменского было озвучено, что в Орле достаточно центров, другие не нужны и лицензию мы не получим. Далее была встреча Безменского и Залогина, насколько понимаю, в департаменте. На этой встрече Безменский хотел понять, в чем проблема, почему отказывают устно и сразу. После этой встречи он мне сказал, что в Орел заходить не надо, лицензию тут не получим, и можно даже не пытаться», - озвучил Радзинский.
 
Cо слов Безменского, по заявлению свидетеля, звучало так, что у Залогина есть «какие-то отношения» с диализным центром «Фрезениус Нефрокеа», который в Орле все-таки получил лицензию, «из-за чего он не хочет видеть другие диализные центры». Аналогичная история якобы была и с заходом «Нефроса» в Белгород, откуда Залогин и перебрался по приглашению губернатора Андрея Клычкова в Орловкую область.
 
«После первого телефонного разговора по поручению Ямпольского Безменский записал разговор при личной встрече в Орле. Аудиозапись я слышал. Посыл был ясен и понятен», - добавил Радзинский.
 
Как позже озвучила адвокат Залогина, задавая вопрос свидетелю, Безменский и сам мог ввести Залогина в заблуждение, заявляя, что вложены огромные деньги в покупку здания, а сам он «мог пойти по головам, так как долгое время работал в аппарате правительства России». Но деталей услышанного разговора на аудиозаписи Радзинский вспомнить не смог, а местонахождение Безменского с тех событий ему неизвестно.
 
Далее, как вспоминает представитель потерпевшей стороны, в 2020-ом году начались ремонтные работы в здании по Веселой,1, где на долгосрочной основе арендовали помещение. К лету ремонт был окончен, оборудование закуплено, сотрудники набраны, и первая инстанция – Центр гигиены, куда подали заявку на получение заключения. Сначала фирма получила заключение Центра гигиены, далее - заключение Роспотребнадзора (оба положительные). В сентябре 2020 года уже подали заявление в лицензионный отдел департамента здравоохранения о переоформлении лицензии. Подачей документов занималась исполнительный директор. После чего была уже известная всем первая выездная проверка. Радзинский также на ней присутствовал, и по просьбе гособвинения, подробно рассказал, что на ней происходило.
 

«По существу? Проверка однозначно проходила предвзято по отношению к нашему отделению, потому что оно было оснащено всем необходимым. Даже не знаю, что можно еще сделать, улучшить. В процессе проверки было сразу понятно, что это просто поиск чего-то, к чему можно прицепиться, чтобы не выдать нам лицензию. В итоге в акте мы увидели что? Отсутствие жалюзи на окнах, отсутствие помещения для лаборатории, отсутствие врача лаборатории, отсутствие школы для больных хроническими заболеваниями,  и отсутствие анализаторов биохимического и гематологического. С этим мы не согласились и оспорили это решение в Арбитражном суде.

 
В ходе первой проверки общался с [начальником отдела лицензирования] Пахомовой и в какой-то части с [с ее заместителем] Постовым, но больше с Пахомовой, так как она была руководителем. Реакция госпожи Пахомовой была такой, мол «вы все увидите в акте», и особо обсуждать что-то она не желала. В устной форме нам сообщили и до, и во время проверки, что нам будет отказ. В рамках этой проверки мне напрямую никто ничего не говорил, но Постовой сказал исполнительному директору Вислобоковой, мол обращайтесь к нашему руководителю и обсуждайте все с ним, я ничего не решаю, я только исполнитель», - заявил представитель потерпевшей стороны.
 
После первого отказа было подано сразу заявление на проведение еще одной проверки.
 
«Наша задача была быстрее получить лицензию, так как мы терпели убытки. Мелкие недочеты, которые мы могли оперативно исправить, устранили, но в целях, чтобы лицензионный отдел посмотрел и от нас наконец-то отстал: купили тот же проектор, мебель, оборудовали комнату-школу для больных хроническими заболеваниями, повесили жалюзи, анализатор биохимический. Мы готовы были уже хоть памятник на улице поставить, лишь бы [призвать] к законным действиям департамента», - продолжил свидетель.
 
По его словам, сделано было все, кроме лаборатории.
 
«Оснастить комнату под школу для больных с хроническими заболеваниями – ничего не стоит, повесить жалюзи – тоже. Нет никаких требований, чтобы в диализном центре была лаборатория. Есть требование к нашей деятельности – обеспечение лабораторного контроля. Мы его обеспечили заключением договора со специализированной лабораторией», - объяснил Радзинский.
 
Далее последовала вторая проверка. Она прошла относительно быстро. В акте отразили также отсутствие лаборатории. И на этом основании снова отказали, с чем представители центра снова не согласились и подали иск в арбитражный суд.
 
«В процессе проверки были разговоры о необходимости лаборатории и врача-лаборанта. Звучало так: «У вас она обязана быть!». Также Постовой во время второй проверки озвучил, что на самом деле он ничего не решает, мол обращайтесь к руководителю», - уточнил Радзинский.
 
«Что значит ничего не решаешь? А зачем ты тогда сюда пришел? Вы так у него не спросили? Что значит он ничего не решает? Если потом появляется решение после визита к вам», - вступился уточнять судья.
 
«Прямо так вопрос не задавал», - улыбнулся Радзинский. – «Да и на все вопросы по проверке он не отвечал. Говорил неоднократно, что нам необходимо встретиться лично».
 
Далее свидетель добавил, что лично с Залогиным не общался.
 
«По итогам второй проверки, когда Постовой в десятый раз сказал, что нам нужно встретиться, я ему отдал визитку и сказал, что если сочтет нужным, я приеду на встречу официальную», - пояснил он.
 
Но встречи так и не произошло. А далее жалобы в УФАС и Росздравнадзор. Арбитражный суд признал акт департамента незаконным и указал выдать лицензию. УФАС также нашло нарушение закона о конкуренции, так как одновременно проверки проходили два диализных центра, и несмотря, что у второй фирмы также не было лаборатории, им была выдана лицензия. Росздрав же не нашел оснований в отказе в выдаче лицензии.
 
Как пояснила присутствовавшая на заседании свидетель и начальник отдела контроля в сфере здравоохранения Росздравнадзора по Орловской области Татьяна Власова, Росздравнадзор пришел к выводу, что законодательно установлена только обязанность медицинской организации обеспечить возможность лабораторного контроля, что было обеспечено обществом договором с ООО «Сана-Тест».
 
При этом специалист добавила, что поскольку центр не функционировал, то проверить сроки исполнения этих исследований не представлялось возможным.
 
«Поэтому мы сделали вывод, что ООО имело возможность исполнения лицензионных требований, а проверка исполнения этих требований должна была проводиться при лицензионном контроле уже в рамках медицинской деятельности. А требование наличия лаборатории действительно предусмотрено законом, но касается только государственных и муниципальных учреждений. ООО «Нефрос-Калуга» к таким не относилось», - отметила Власова.
 
Лицензию фирме все же выдали в марте 2021 года. 

 

Елена Торубарова